Нерикоми (нерияге) — это не просто способ декорирования. Это философия работы с материалом, пришедшая из Японии. В переводе «nerikomi» означает «смешивание»: мы берём несколько цветов глины, складываем их в определённом порядке и затем прорезаем, скручиваем, наслаиваем — чтобы рисунок проник внутрь и стал не поверхностью, а сутью предмета.

В отличие от росписи, где узор лежит сверху, в нерикоми он проходит через всю толщу стенки. Если отколоть кусочек (чего мы, конечно, не советуем делать), рисунок будет виден и внутри. Это как горная порода: срез камня хранит историю пластов, сформированных миллионы лет назад. Только здесь история создаётся — руками мастера.

С чего всё начинается

Мы не покупаем готовую цветную глину в банках. Мы замешиваем её сами из натуральных компонентов и керамических пигментов. Каждый цвет — это отдельная история: чёрный требует одних добавок, терракота — других, нежно-зелёный — третьих. Глина должна быть не только красивой, но и пластичной, чтобы в ней можно было работать, чтобы она не трескалась при сушке и не вела себя непредсказуемо в обжиге.

На это уходят годы экспериментов. И даже сейчас, когда рецептуры отлажены, природа материала иногда подкидывает сюрпризы. Это не брак — это диалог, в котором глина говорит, а мы слушаем.

После того как форма готова, изделие отправляется на медленную сушку. Торопить этот этап нельзя: если влага уйдёт слишком быстро, керамика треснет. Этот этап длится несколько дней.

При первом (утельном) обжиге глина спекается, становится прочной, но остаётся пористой. После этого мы вручную покрываем изделие глазурью — каждый раз заново, потому что форма и размер диктуют свои нюансы.

Второй обжиг — финальный. Температура поднимается выше, глазурь плавится, становится стекловидной, прозрачной. Именно в этот момент проявляется глубина цвета, прожилки начинают светиться изнутри.

И только когда печь остывает (а это ещё сутки), мы достаём готовое изделие, рассматриваем его при дневном свете, проверяем на удобство — и только потом предлагаем вам.

Есть вещи, которые не видны на фотографиях, но которые мы проверяем у каждого изделия:

• Баланс. Чашка должна устойчиво стоять и не заваливаться.
• Ручка. В неё должно быть удобно продевать палец, и она не должна соскальзывать.
• Край. Он должен быть достаточно тонким, чтобы пить было приятно, но достаточно прочным, чтобы не сколоться.
• Носик (у чайников и кувшинов). Вода должна литься ровно, без подтёков.

Всё это невозможно прописать в техническом задании. Это просто есть — или нет. Мы делаем так, чтобы было.

Почему мы не делаем точь-в-точь

Потому что это невозможно. Техника нерикоми не терпит копирования. Каждый замес глины чуть разный, влажность воздуха влияет на пластику, настроение мастера — на силу нажатия. Даже глазурь может повести себя иначе в зависимости от того, с какой стороны загружена печь.

Мы могли бы бороться с этим, унифицировать процесс, добиваться стерильной повторяемости. Но тогда это была бы уже не живая керамика, а штамповка. Мы выбираем жизнь.

Если вам нужна просто кружка — их много в любом магазине.

Если вам нужна единственная в мире кружка, которая будет с вами каждое утро, которая расскажет историю планеты, застывшей в глине — тогда вы по адресу.

Мы не штампуем. Мы создаём. Каждый раз заново. И приглашаем вас стать частью этого процесса.

Цена вопроса

Да, наши изделия стоят дороже масс-маркета. Потому что масс-маркет — это конвейер. Одно изделие там делают за час, и таких — тысячи.

Наше изделие делается от двух недель до полутора месяцев. В нём — не только глина и глазурь, но и время, внимание, годы экспериментов, десятки выброшенных неудачных работ, из которых мы поняли, как правильно. В нём — диалог с материалом, который не прекращается ни на минуту.

И ещё: масс-маркетовый предмет можно купить где угодно. А этот — только у нас, и только один раз. Потому что второго такого не будет никогда.